Танкист Михаил Калашников – Военное оружие и армии Мира
Loading Posts...

Танкист Михаил Калашников

В августе 1941 г. в составе 108-й танковой дивизии на Т-34 воевал и Михаил Тимофеевич Калашников – создатель знаменитого на весь мир 7,62-мм автомата АК-47. Перед самой войной механика-водителя 24-го танкового полка 12-й танковой дивизии 8-го мехкорпуса сержанта Калашникова, как изобретателя комбинированного счетчика моторесурса танка, направили в Ленинград на завод №174 им. К.Е. Ворошилова. Возвращаясь на Украину, в город Стрый, на железнодорожной станции под Харьковом он по нелепой случайности отстал от эшелона.

С началом войны Калашников находился в Харькове, а потом в Горьком, в 20-м учебном танковом батальоне. На фронте он находился с конца августа 1941 г-на Брянском фронте, в составе 216-го отдельного танкового полка 108-й танковой дивизии. По некоторым данным, в этом полку были сосредоточены все Т-34, имевшиеся в дивизии. В то время уже старший сержант Калашников являлся командиром танка.

29 августа 1941 г. 108-я танковая дивизия по приказу командующего Брянским фронтом генерал-лейтенанта А.И. Еременко перешла в подчинение командира подвижной группы генерал-майора А.Н. Ермакова. Выдвижение дивизии происходило очень медленно. Противник без особых усилий сумел выбить со своих позиций на реке Судость вновь сформированные и необстрелянные дивизии 3-й армии генерал-майора Я.Г. Крейзера, вынудив их начать беспорядочный отход. Ситуация и соотношение сил складывались явно не в пользу советских войск. Как известно, 108-я танковая дивизия сразу же оказалась в крайне невыгодных тактических условиях. Танки противника обошли правый фланг дивизии, и уже через два дня ей пришлось действовать в окружении. Несмотря на неблагоприятную обстановку, соединение под командованием полковника С.А. Иванова около пяти суток сражалось с превосходящими силами противника и затормозило его продвижение кг. Трубчевску.

Рано утром 30 августа 108-я танковая дивизия вступила в бой в районе села Романова (около 30 км на запад от Трубчевска). В тот день от огня немецкой артиллерии она потеряла один KB, три Т-34 и пять Т-40. Данные о потерях противника за 30 августа весьма противоречивы. По одним сведениям, советские танкисты подбили четыре немецких танка, разгромили штаб полка СС, уничтожили 12 машин штаба, восемь орудий, 500-600 чел. пехоты, захватили шесть пленных, восемь орудий, важные документы. По другим, в тот день только 216-й танковый полк уничтожил пять танков противника, пять автомашин, три цистерны с горючим и до роты пехоты противника. Потери полка составили только три легких Т-40, которые попали на минное поле. Так или иначе, но отбить Романовку у врага в тот день не удалось.

На следующее утро немецкие танки при поддержке авиации и пехоты нанесли сильный удар по 108-й танковой дивизии. Уже к вечеру 31 августа ее части оказались в окружении. Из воспоминаний М.Т Калашникова:

«…Танкисты были вооружены только пистолетами ТТ, бесконечные марши, удары во фланг, короткие, но ожесточенные атаки, выходы к своим. Бросали нас преимущественно туда, где туго приходилось пехоте.

…Помню, шли бои на дальних подступах к Брянску, и будто вновь слышу голос командира роты:

– Калашников, остаешься за командира взвода. Будем прикрывать правый фланг стрелкового полка. Внимательно следи за моей машиной…

Читать:  Василий Петров - герой-противотанкист

Рота вышла на опушку леса. Земля исполосована рубцами гусениц. Эти следы оставили мы, танкисты, утром, участвуя в контратаке. Бой тогда был коротким. Командир умело маневрировал огнем и машинами. Благодаря этому нам удалось быстро отсечь немецкую пехоту от танков, поджечь несколько машин.

И вот фашисты днем снова предприняли атаку на господствующую высоту: восемь танков неторопливо двигались на позиции нашей пехоты. Находясь в танковой засаде, мы выжидали, стараясь не обнаружить себя… Мой механик-водитель не выдержал, по внутренней связи выдохнул:

– Что мы стоим, командир? Сомнут же нашу пехоту…

И тут поступила команда: зайти фашистским танкам в тыл. Стремительный рывок из засады, залповый огонь из пушек – и несколько немецких машин загорелось. Вражеская пехота, не успев отойти, полегла под пулеметным огнем. Мы убедились, насколько расчетливо поступил командир роты, не рванувшись в бой раньше времени.

Я старался не упустить из виду танк командира роты. А он неожиданно круто развернул назад. Сделал это командир решительно, быстро, уверенно. Очевидно, заметил, что немцы бросили в бой еще одну группу танков, пытаясь ударить во фланг и тыл.

Снаряды уже ложились рядом с нашими машинами, когда мы повторили тактический прием командира роты: вслед за ним мы на скорости скатились назад и скрылись в ложбине за высотой. Командир роты не только увел нас из-под огня противника, но и сумел вывести наши машины во фланг вражеским танкам. Получилась своеобразная карусель, в которой максимальные потери несли фашисты: их танки, то и дело вспыхивая чадными кострами, выходили из боя один за другим.

Но так было не всегда. Случались и обидные поражения, и горькие потери. Мы теряли товарищей, командиров, экипажи пополнялись новыми людьми…»

31 августа (а не в начале октября 1941 г., как утверждают отдельные историки) старший сержант М.Т. Калашников получил слепое осколочное ранение в области левого плечевого сустава. Взвод, в который входил танк Калашникова, получил приказ занять исходный рубеж, замаскироваться и подготовиться к контратаке. Заходя во фланг немцам, взвод и рота попали под огонь артиллерийской батареи. Первым был подбит танк командира роты. Затем вражеский снаряд попал в танк Калашникова – по всей видимости, в левый борт башни. Командир «тридцатьчетверки» был тяжело ранен и контужен.

В тот день 108-я дивизия потеряла один KB, одиннадцать Т-34 и восемь Т-40. Пропал без вести командир дивизии полковник С.И. Иванов. Правда, в ночь с 1 на 2 сентября он вернулся в расположение дивизии. После того как его танк подбили в бою, комдив с экипажем два дня скрывались в деревне. Противник лишился 22 танков, шести противотанковых и восьми полевых орудий.

1 сентября 108-я танковая дивизия вела бой в окружении, но танкисты смогли отразить все атаки противника. Потери немцев составили: 23 танка, пять орудий, четыре мотоцикла, одиннадцать автомашин и 700-800 чел. (до четырех рот немецкой пехоты). Потери дивизии: сгорели четыре Т-40 и семь Т-34, пять орудий были уничтожены авиацией. В первый день осени погиб командир 216-го танкового полка подполковник А.А. Морачев; получил тяжелое ранение батальонный комиссар Ф.И. Лукьянов. Командование полком принял начальник штаба капитан Л.Б. Квитницкий.

Читать:  Галеаццо Чиано - запоздалое подозрение

На следующий день атаки продолжились, но снова были отражены ценой потери шести Т-34 (три сгорели), двух подбитых орудий и четырех тракторов, сожженных огнеметами. Но и потери противника оказались велики: 18 танков (из них шесть сгорели), пять орудий, семь минометов и 500-600 чел. мотопехоты.

В ночь с 3 на 4 сентября 1941 г., после израсходования боеприпасов, горючего и запасов продовольствия, командир 108-й танковой дивизии полковник Иванов предпринял попытку разорвать кольцо окружения. На прорыв пошли два KB, восемь «тридцатьчетверок», шесть легких Т-40 и шесть бронеавтомобилей БА-10, батальон мотопехоты при семи орудиях, а также батальон мотопехоты и автотранспорт со 100 ранеными.

Комдив 108-й танковой в докладе командующему Брянским фронтом генерал-лейтенанту А.И. Еременко отмечал: «…Танки («КВ» и «Т-34») с мотопехотой проходили оборону противника на линии брусничный, Покровский и прошли ее беспрепятственно… Энергичным наступлением противник был разгромлен здесь же в районе брусничный. Разгромлен штаб полка, захвачено и уничтожено 16 автотранспортных машин и 3 легковые машины, захвачен 1 средний танк и уничтожено 6 мотоциклов и 2 танка, захвачены различные документы, вещевое имущество и продовольствие, убито 15 офицеров и много солдат.

Наши потери: бронемашин – 3, танков «Т-40» – 4, станковых пулеметов – 3, личного состава – 20 человек…

Противник с 15.00 4.9.41 г. атаковал второй эшелон с направления Магор. В результате преступной организации охраны и обороны этого эшелона начальником артиллерии дивизии полковником Селетковым и другими командирами, противник незначительными силами с тремя-пятью танками разгромил и поджег этот эшелон. Наши потери после этого боя: орудий – 7, танков «Т-40» – 4, бронемашин «БА-10» -3, неизвестное количество станковых пулеметов, автотранспорт с ранеными, тракторы и большое количество убитых и раненых. Тяжело раненные противником были расстреляны.

В походе через Брянский лес вследствие отсутствия горючего и неисправностей оставлено четыре танка «Т-34» в районе высоты 169.3, один «КВ» в районе высоты 182.7 (который наскочил на фугас), две бронемашины в районе леса, что западнее Подлесный.

Дивизия вышла в составе: 17 боевых машин («КВ» – 2, «Т-34» – 7, «Т-40» – 2, «БА-10» – 3, «БА-20» – 3), 76-мм орудий – 3, зенитных орудий -8 и 1200 человек личного состава. Полностью сохранены все тылы дивизии».

Вместе с частями 108-й танковой дивизии выходил из окружения и тяжелораненый в левое плечо Калашников. Только на седьмые сутки около города Трубчевска ему с группой раненых красноармейцев посчастливилось выйти в расположение наших войск.

В госпитале в городе Елец Калашников начал работать над конструкцией пистолета-пулемета. Затем, получив полугодовой отпуск, он сделал остановку на железнодорожной станции Матай Талды-Курганской области Казахской ССР (ныне этот город находится в государстве Казахстан, на территории Аксуского района Алма-Атинской области). Здесь он трудился с 1936 по 1938 г. техническим секретарем политотдела 3-го отделения Туркестано-Сибирской железной дороги. Именно в этом железнодорожном депо Калашников при поддержке местного военкомата через три месяца создал свой образец пистолета-пулемета.

Читать:  Клайв Робертсон Колдуэлл

Позже его командировали в Алма-Ату, где по распоряжению председателя облисполкома Южно-Казахстанской области, народного комиссара транспорта и заместителя председателя Комитета народного контроля Казахской ССР А. Койшигулова, направили в учебные мастерские эвакуированного Московского авиационного института. Там Калашников изготовил более совершенный образец пистолета-пулемета.

Позднее опытный образец попал в поле зрения находившегося в Самарканде начальника Военно-инженерной академии им. Ф.Э. Дзержинского и одновременно видного ученого в области создания стрелкового оружия А.А. Благонравова.Хотя отзыв Благонравова в целом оказался отрицательным, он все же отметил оригинальность конструкции и порекомендовал направить старшего сержанта для дальнейшего обучения. С 1942 г. Калашников начал работать на Центральном научно-исследовательском полигоне стрелкового и минометного вооружения ГАУ РККА. В 1944 гон разработал опытный образец самозарядного карабина, который частично послужил прототипом знаменитого автомата АК. С 1945 г. Калашников начал разработку автоматического оружия под промежуточный патрон 7,62×39 образца 1943 г. Его автомат победил в конкурсе 1947 г. и поступил на вооружение Советской Армии.

Возвращаясь к событиям 1941 г., следует отметить, что в сентябре 108-я танковая дивизия по-прежнему оставалась в составе Брянского фронта. По состоянию на 27 сентября, в боеготовом состоянии в ней насчитывался 41 танк, в том числе три КВ, 17 Т-34, один БТ и 20 Т-40. В дальнейшем ей предстояло участвовать в боях в районе Карачева. По приказу командующего 50-й армией генерал-майора М.П. Петрова, 108-я танковая дивизия совершила марш к населенному пункту Одрино (современное наименование – Одрина), расположенному в 11 км северо-восточнее Карачева. По пути следования к пункту назначения дивизию перехватили начальник тыла Брянского фронта генерал-лейтенант М.А. Рейтер и член Военного совета фронта дивизионный комиссар П.И. Мазепов. Они переподчинили дивизию себе и использовали для прикрытия полевого управления штаба фронта, разбежавшегося при появлении немецких танков.

Поскольку командующий 50-й армией генерал-майор М.П. Петров не был поставлен в известность о переподчинении 108-й танковой дивизии, его приказ о занятии оборонительного рубежа оказался невыполненным. В результате немецкие танки сумели без боя захватить склады фронта в районе Брянска.

Группа войск, созданная для обороны Карачева (помимо 108-й дивизии в нее вошли 194-я стрелковая дивизия полковника Д.К. Малькова и два полка) под командованием генерал-лейтенанта М.А. Рейтера и бригадного комиссара В.Е. Макарова, так и не успела выйти на предполагаемый рубеж обороны. Ее атаковали части 47-го моторизованного корпуса 2-й танковой группы Гудериана. На этот раз 108-й танковой дивизии пришлось прикрывать отход штаба Брянского фронта. После окружения Брянского фронта 6 октября 1941 г. 108-я танковая дивизия вновь попала в окружение. Вырвалась из него она только 22-24 октября. В ее составе к тому моменту осталось 17 боевых машин (два КВ, семь Т-34, два Т-40, три БА-10 и три БА-20), три 76-мм орудия, восемь зенитных орудий и 1200 чел. личного состава.

0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии