Крылатые ракеты наземного базирования США

В США уже на ранних этапах создания ядерного оружия большое внимание уделялось альтернативным способам доставки ядерных боеприпасов к цели и, в частности, крылатым ракетам. В 1947 – 1950-х годах развернулись работы по нескольким проектам крылатых ракет: двух средней дальности – «Матадор» («Matador») наземного базирования и «Регулус» («Regulus») морского базирования, двух крылатых ракет межконтинентальной дальности – «Снарк» («Snark») и «Навахо» («Navaho») наземного базирования.

КР «Матадор» была принята на вооружение ВВС США в 1954 г. Она запускалась с мобильной наземной пусковой установки с помощью порохового ускорителя.

В 1950-х годах для ВВС США была разработана КР наземного базирования «Мейс» («Mace»). Эта КР явилась дальнейшим развитием крылатой ракеты «Матадор». Основными причинами для разработки новой КР стало то, что ракета «Матадор» была оснащена радиоуправляемой системой наведения, подверженной воздействию помех, имела ограниченный радиус действия, а, кроме того, сама ракета была очень громоздкой, не приспособленной противостоять огневому воздействию со стороны противника. Было разработано несколько модификаций КР «Мейс».

Испытания первой модификации КР – TM-61 начались в 1956 г., развертывание первого дивизиона ракет состоялось в 1959 г. и постепенно эта ракета заменила большинство ракет «Матадор». Разработка следующего варианта ракеты – TM-76B началась в 1959 г., первое испытание – в июле 1960 г., начало оперативного развертывания состоялось в 1961 г.

Самое существенное изменение в этой модификации КР произошло в системе управления, которая получила наименование АТРАН (автоматическая система управления на основе распознавания земной поверхности). Система АТРАН функционировала, сопоставляя полученное от бортового радара изображение земной поверхности с предварительно записанными по маршруту полета образами такой поверхности, что позволяло ракете следовать по заранее намеченному курсу. Система АТРАН стала, по сути дела, прообразом и первым применением современной системы управления ТЕРКОМ (цифровой системы сравнения с рельефом земной поверхности). Эта система была полностью автономной и поэтому устойчивой к помехам. Недостаток системы, однако, состоял в том, что было необходимо заранее получать изображение земной поверхности в районах расположения потенциальных целей, что в 1950-е годы являлось непростой задачей.

В 1965 г. в США было принято решение об оперативном развертывании армейских ракет «Першинг» вместо ракет «Мейс» по той основной причине, что ракеты «Першинг» имели более высокую степень готовности к пуску. К 1966 г. вариант ракеты MGM-13 был снят с вооружения, а к 1971 г. все ракеты «Мейс» были выведены из боевого состава. Сохранившийся запас ракет «Мейс» в дальнейшем использовался в качестве полноразмерных беспилотных целей при проведении различных видов испытаний.

Дальнейшее развитие крылатых ракет было связано с прогрессом в конструировании, уменьшении габаритно-массовых параметров ядерных зарядов, миниатюризации систем управления, что позволило существенно уменьшить размеры КР при одновременном увеличении дальности их полета и повышении точности стрельбы.

В 1976 г. с корпорацией «Дженерал Дайнемикс» был подписан контракт на разработку мобильного наземного комплекса КР средней дальности. В 1983 г. крылатая ракета BGM-109G (GLCM – Ground Launched Cruise Missile) была принята на вооружение. Практически сразу же ВВС США приступили к развертыванию первого отряда с 16 КР на базе Гринэм-Коммон в Великобритании.

В соответствии с принятым 12 декабря 1979 г. решением НАТО, в Западной Европе предусматривалось развернуть (наряду с 108 ПУ «Першинг-2») 112 ПУ крылатых ракет наземного базирования BGM-109G (на каждой ПУ по четыре ракеты).

Ракета оснащалась ядерной боевой часть мощностью 0,2-150 кт. Максимальная дальность стрельбы составляла 2600 км. Главной «изюминкой» КР была комбинированная система управления, состоявшая из инерциальной системы с бортовой ЭВМ и корреляционной системы TERCOM. После пуска ракеты её наведение осуществлялось инерциальной системой, периодически корректируемой для компенсации накапливающихся ошибок системой TERCOM на основе сравнения профиля пролетаемой местности с эталонными данными, введенными в память бортовой ЭВМ ракеты. В результате, точность стрельбы (КВО) составляла около 30 м.

  Поддержите проект ВОЕННОЕ ОРУЖИЕ И АРМИИ МИРА, подпишитесь на наш канал в Яндекс.Дзен

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *