1941-й год: все силы на борьбу с Т-34 – Военное оружие и армии Мира
Loading Posts...

1941-й год: все силы на борьбу с Т-34

Прежде чем начать разговор о немецкой артиллерии, применявшейся для борьбы с советскими танками, следует обратить внимание еще на несколько важных факторов, которые влияют на бронепробиваемость артиллерийских систем, – это конструкция и форма самого снаряда (например, остроголовые снаряды при острых углах обстрела больше склонны к рикошету, чем тупоголовые), разная толщина брони, ее химический состав, степень закаливания и т.д. К тому же, в разных странах угол наклона брони указывался по-разному – либо от горизонтали, либо от вертикали.

В начале боевых действий на Востоке немцы, как и в ходе военных кампаний на Западе, для борьбы с танками активно применяли мощные 8,8 cm (88-мм) зенитные орудия Flak 18/36/37 (8,8-cm-Flugabwehrkanone 18/36/37), или знаменитые «восемь-восемь» (по-немецки – «Acht-acht»). В качестве противотанковых орудий они дебютировали еще в период гражданской войны в Испании. Уже тогда стали интенсивно использоваться бронебойные снаряды, причем всеми зенитными батареями 88-мм орудий. Затем немцы возложили на них борьбу с танками противника в ходе военной кампании во Франции в 1940 г., а затем и в Северной Африке. На начальном этапе кампании на Востоке «Acht-acht» являлись, пожалуй, единственным надежным средством борьбы с танками Т-34 и KB: даже на дистанции 1000 м они могли пробивать обычным бронебойным снарядом (начальная скорость – 795 м/с) почти 90-мм лист брони. Показатели для подкалиберных снарядов были еще выше. Что касается дальности стрельбы, то, по мнению специалистов, в годы Второй мировой войны даже самые мощные противотанковые орудия могли поражать танки противника на расстоянии не более чем 1,5 км.

Семейство 88-мм зенитных пушек возглавляет Flak 18. Ее производство началось в 1932 г. Flak 18 имела полуавтоматический затвор, что являлось серьезным новшеством в артиллерии. Благодаря этому скорострельность орудия составляла 15-20 выстр/мин. Стрельба велась с тумбового лафета, имевшего четыре станины, расположенные крестообразно и опиравшиеся домкратами на грунт. В походном положении Flak 18 устанавливалась на подрессоренный прицеп Sonderanhaenger 201 (Sd.Anh.201), который состоял из крестообразного лафета, станин и двух подкатных тележек или ходов. При транспортировке основная продольная балка лафета пушки опиралась на подкатные тележки, а боковые станины переводились в походное положение, т.е. поднимались вверх. Задний мост прицепа имел сдвоенные колеса, а передний – одинарные.

Хорошо подготовленный расчет Flak 18 мог перевести 5-тонное орудие в боевое положение всего за 20 с а установить его обратно на тележки – за минуту, хотя на свертывание в транспортное положение расчету из 6 чел. отводилось 3,5 мин. Данный показатель был очень важен, особенно при смене позиции. Еще одним серьезным достоинством Flak 18 была возможность вести огонь по наземным целям прямо с подкатных тележек. При этом на землю опускались лишь боковые упоры крестообразной подставки орудия, зенитка выравнивалась и стабилизировалась при помощи стальных свай, которые расчет забивал в землю сквозь отверстия в упорах. Помимо этого, на тележках затягивали и блокировали тормоза.

Flak 18

Большим преимуществом Flak 18 являлось наличие механизма автоматического выбрасывания гильз, который позволял расчету поддерживать достаточно высокий темп стрельбы. Но для ее заряжания 15-килограммовыми бронебойными снарядами через каждые 3 с требовался орудийный расчет, состоявший из 11 чел! Из них четверо или пятеро зенитчиков занимались исключительно подачей снарядов. Впрочем, количество человек в расчете в зависимости от типа орудия могло колебаться от 10 до 12 чел., включая водителя тягача Sd.Kfz.7.

В 1935 г. появилась модификация Flak 36, которая отличалась упрошенным лафетом и усовершенствованным стволом; баллистика и внутреннее устройство пушки не претерпели изменений по сравнению с Flak 18. Все латунные детали Flak 36 заменили стальными, что снизило стоимость орудия. Перевозка Flak 36 осуществлялась с помощью двух одинаковых одноосных двухскатных подкатных тележек (SdAnh.202),a не разных, как у Flak 18. Эти тележки обладали большей грузоподъемностью и более высокой скоростью транспортировки. Вариант пушки Flak 37 отличался от двух предыдущих систем более совершенной системой управления огнем. В 1940 г. обе модификации как и Flak 18) оснастили бронещитом для защиты расчета от пуль и осколков снарядов.

Масса пушки Flak 18 в походном положении составляла 7,4 т, Flak 36 – 7,65 т, Flak 37 – 8,2 т. Для буксировки орудий этого семейства использовался тяжелый 8-тонный полугусеничный тягач Sd.Kfz.7 – более слабые транспортные средства для этого не подходили.

Эффективность 88-мм орудий также обеспечивалось дальномерами, что значительно повышало их шансы на победу в дуэлях с танками противника. Да и в дальности прямого выстрела не имелось ограничений. Во многих критичных для немцев ситуациях порой только 88-мм зенитки становились теми самыми «палочками-выручалочками», исправляя положение на поле боя. Они по праву считаются одними из самых эффективных противотанковых артиллерийских систем Второй мировой войны.

С самого начала кампании на Восточном фронте немцы стали незамедлительно вводить 88-мм зенитные орудия в боевые порядки танковых частей. Для борьбы с советскими «толстобронными» Т-34 и KB немцы использовали батареи из 8-10 таких пушек, которые получили тактические обозначение «РаК front».

Действительно, 88-мм зенитные пушки в какой-то мере смогли нейтрализовать действия Т-54 и KB, но только в 1941-1942 гг., когда Красную Армию преследовала полоса военных неудач. Ярые «поклонники» германского оружия делают следующий вывод относительно эффективности Flak 18/56/37: да, недостатки у «Аспт-acht» были, но они с лихвой компенсировались массой весомых преимуществ. Однако в тот период советские войска еще толком не умели использовать танки на поле боя, и немцы не боялись применять против них дорогостоящую зенитную артиллерию. Напомним, что стоимость одной Flak 36 без снарядов составляла 33 600 рейхсмарок, т.е. более чем в 3 раза превышала стоимость 50-мм Рак 38!

Кроме того, в 1941 г. немецкие артиллеристы не слишком опасались ни танковых охватов, ни внезапных налетов авиации, ни ответных ударов артиллерии. Им не надо было часто задумываться над сменой позиций, хотя перемещение 5-тонного орудия – дело явно непростое. Хорошо, когда под рукой был тягач, а если нет? В период победоносного шествия вермахта на Восток расчеты 88-мм зениток часто могли почти безбоязненно вступать в бой с танками, поскольку знали, что их всегда прикроют пехота, танки и авиация. Вдобавок контрудары Красной Армии были плохо подготовлены, обычно проводились без всякой разведки и должного взаимодействия между различными родами войск.

Но как только война приобрела иной характер и количество советских танков начало неуклонно увеличиваться, то 88-мм зениток стало не хватать для «латания дыр» при многочисленных прорывах совете ко-герма не кого фронта. Впрочем, немцы начали ощущать нехватку таких артсистем еще в 1941 г. Например, если в 1940 г. на 1130 выпущенных пушек данного класса пришлось 120 потерянных орудий, то в 1941 г. количество уничтоженных «восемь-восемь» составило 492 шт. из 1872 выпущенных систем.

Наиболее точно и емко охарактеризовал действия 88-мм зенитных орудий Г. Гудериан: «Немецкое 88-мм зенитное орудие, о также зенитные орудия противника благодаря точности их огня и высокой пробивной способности снарядов являлись наиболее опасными для тонкое. Но эти орудия были слишком неподвижны, очень плохо защищены и чаще всего привязаны к своим позициям. Из-за больших размеров их нетрудно было обнаруживать, и потому они несли тяжелые потери».

Читать:  Тунисская операция 1943 г.

Имелись в вермахте и самоходно-артиллерийские установки 8.8 cm Flak 18 (Sfl) auf Zugkraftwagen 12t (Sd.Kfz. 8) на шасси 12-тонного полугусеничного тягача, вооруженные все той же Flak 18. Правда, эти машины имели лишь частичное бронирование толщиной 10-15 мм. Из-за значительных габаритов на поле такая САУ представляла собой идеальную мишень, а расчет орудия защищал спереди только бронированный щит. Любой разрыв осколочно-фугасного снаряда рядом с самоходной установкой мог вывести из строя большую часть орудийного расчета.

Максимальная дальность стрельбы из 88-мм орудия по наземным целям составляла 1500 м, а минимальная -100 м. Вести борьбу с KB рекомендовалось на расстоянии до 1500 м. Очевидно, это было связано с тем, что Т-34 обладал более высокой скоростью и маневренностью, а значит, поразить его на дальних дистанциях становилось труднее, нежели КВ.

Казалось бы, в вермахте только 88-мм зенитные пушки в борьбе с Т-34 были вне конкуренции, но иногда советские танки выводили из строя с помощью артиллерийских систем, не предназначенных для этой цели. Рассмотрим эпизод сражения под Уманью летом 1941 г., описанный в книге британского историка Р. Кершоу:

«…Вольтер Опеке участвовал в боях под Уманью и входил в расчет 20-мм зенитных орудий, установленных на шасси полугусеничного вездехода. На их подразделение возлагались задачи обороны с воздуха, но никак не противотанковой, тем более они не могли тягаться с «этими серо-зелеными гигантами» – советскими тяжелыми танками, внезапно появившимися у их позиций…

Командир батареи, где служил Окека, оберлейтенант Россман, распорядился сосредоточить непрерывный огонь автоматических пушек на гусеницах Т-34… Они не открывали огня, пока танки не подошли но 200 метров. Первый залп зениток оставил один танк Т-34 без гусеницы, машина беспомощно завертелась на месте. После этого последовал приказ сосредоточить огонь на башне. Но не успело опустеть первая обойма, как в башне открылся люк и показался белый флаг… Тем временем зенитчики уже обстреливали второй танк, и вскоре его постигла участь первого…

Участь остальных танков мало чем отличалась от участи предшественников – экипажи срезали пулеметным или пушечным огнем при малейших попытках оказать сопротивление. Оставшиеся Т-34 стали отползать назад. И Окека и его товарищи поверить не могли, что их малокалиберные орудия сумели отбить атаку непобедимых тридцатьчетверок»..

Бойцы отправились к танкам поглядеть на результаты. Оказалось, что снаряды повредили не только гусеницы, но и колесо, и натяжные звездочки. Тем не менее немцы не могли понять, в чем же все-таки дело. «Лишь в ходе допроса плененного экипажа дело прояснилось», – рассказывал Окека. – Оказалось, что разрывы 20-мм снарядов на броне башни при беглом огне вызывали резонанс, заставляя ее греметь, как «огромный колокол»…

А с виду, казалось, что могут сделать эти несчастные 20-мм зенитки такой махине, как Т-34? Но впоследствии, по словам Океки, их батарея вывела таким же образом из строя 32 машины Т-34».

Повторим, что Т-34 и KB отнюдь не являлись абсолютно неуязвимыми от огня малокалиберной и скорострельной зенитной артиллерии. Зафиксированы случаи, когда зенитные автоматы 2 cm Flak 30/38 (2.0 cm Flugzeugabwehrkanone 30/38) выводили из строя «тридцатьчетверки». Повреждения вооружения, приборов наблюдения и элементов ходовой части от огня Flak 30/38 наблюдались и у тяжелых КВ. С короткой дистанции длинной очередью 20-мм зенитное автоматическое орудие могло пробить броню Т-34, ведь в его боекомплект входили патроны как с бронебойными снарядами (Pz GR 39), так и с бронебойно-подкалиберными снарядами (Pz GR 40). Масса 20-мм бронебойного патрона составляла 0,33 кг, подкалиберного – 0,285 кг. Начальные скорости полета снарядов 2 cm Flak 30/38 также были высоки: бронебойного – 830 м/с, подкалиберного – 900 м/с. С расстояния 100 м подкалиберный снаряд 20-мм зенитного орудия мог прошить 40-мм лист брони под углом 90°.

Однако 20-мм зенитные автоматические пушки Flak 30/38 представляли все же большую угрозу для советских танков старых типов, прежде всего легких Т-26 и БТ: в начале войны их броня не могла устоять даже перед 20 мм пушками легких танков Pz.Kpfw.ll.

20-мм зенитные автоматические пушки не являлись специальным противотанковым оружием и предназначались в первую очередь для стрельбы по низколетящим воздушным целям. 2 cm Flak 30 была разработана в 1930 г., а на вооружение германской армии поступала с 1934 г. Она состояла из ствола-моноблока, оснащенного дульным тормозом, салазок, люльки, противооткатных устройств лафета и прицельных приспособлений. Действие ее автоматики основывалось на использовании отдачи ствола и затвора при коротком откате ствола. Спусковой механизм произвести одиночный и автоматический огонь. Спуск производился нажатием педали, а для питания автомата применялись коробчатые магазины емкостью по 20 снарядов каждый. В походном положении Flak 30 перевозилась на двухколесном подрессоренном прицепе.

Flak 30/38

Боевое крещение огнем Flak 30 прошла в Испании, где зарекомендовала себя с положительной стороны благодаря небольшой массе, конструктивной простоте и удобству эксплуатации. Так, замена ствола-моноблока после непрерывной стрельбы не представляла сложности – он достаточно легко отделялся от ствольной коробки. Транспортировать 20-мм зенитки могли обычные грузовые автомобили или даже полугусеничные мотоциклы Sd.Kfz.2, причем с достаточно высокой скоростью. На небольшие расстояния зенитные автоматы могли легко перекатываться силами расчетов.

К недостаткам Flak 30 можно отнести высокую чувствительность к изменению угла возвышения ствола, загрязнение и загустение смазки. Однако наиболее серьезным минусом этой системы стала недостаточная скорострельность из-за отсутствия непрерывного заряжания. Поэтому расчет столь небольшого орудия состоял из 7 чел.

В 1938 г. появился улучшенный вариант 20-мм зенитки – Flak 38. Она имела ту же баллистику и боеприпасы, но обладала более высокой скорострельностью за счет уменьшения количества подвижных частей и увеличения скорости их движения. Если у Flak 30 скорострельность составляла от 280 до 450 выстр./мин, то у Flak 38 – от 420 до 480 выстр./мин. Впервые автоматические зенитные орудия Flak 38 приняли участие в боях в 1940 г. В том же году на базе Flak 38 немцы разработали счетверенную установку, расчет которой состоял уже из 10 чел.

Весной 1941 г. 20-мм зенитные орудия стали устанавливать на полугусеничные тягачи Sd.Kfz.10/4, причем орудие крепили вместе с лафетом. Расчет орудия и тягач не имели никакой защиты. С ноября 1941 г. немцы начали монтировать счетверенные зенитные установки на шасси более мощного полугусеничного тягача 8-тонного Sd.Kfz.7.

Пушки Flak 30 или Flak 38 поступали прежде всего на вооружение люфтваффе. Однако в каждой пехотной дивизии вермахта по штату полагалась батарея из 12 зенитных автоматических орудий Flak 30/38, входившая в состав… противотанкового дивизиона. Такая же батарея Flak 30/38 являлась неотъемлемой частью моторизованного дивизиона РГК (резерв главного командования ОКН), придававшегося танковым и моторизованным дивизиям. Имелись эти пушки и в войсках СС.

Кершоу описывает бой советских Т-34 против целой батареи автоматических зениток. Шквал огня из 12 стволов экипажи «тридцатьчетверок», конечно же, не могли выдержать, однако почему они не вели ответный огонь? Ведь для подавления немецкого огня хватило бы нескольких метких выстрелов. Конечно, у Т-34 были серьезные проблемы с обзорностью, но это не объясняет столь неудачный исход боя для танкистов. Возможно, успех германских зенитчиков заключался не в недостатках танка, а в отсутствии разведки и плохой организации танковой атаки.

Читать:  Битва за Москву (30 сентября 1941 г. — 5 января 1942 г.)

Вальтер Окека также утверждает, что его батарея аналогичным способом уничтожила 32 танка Т-34, но не уточняет, за какой период. Если речь идет непосредственно о сражении под Уманью, то тогда подбитые танки принадлежали 2-му механизированному корпусу – только в нем имелись Т-34. На 20 июля в корпусе числилось 46, а на 1 августа 1941 г – уже всего 18 «тридцатьчетверок». 22 июля корпус потерял безвозвратно пять Т-34 и пять БТ; еще три подбитых «тридцатьчетверки» удалось эвакуировать с поля боя. Однако Окека, скорее всего, имел в виду машины, подбитые уже в ходе дальнейшего немецкого наступления.

Но действительно ли зенитчики обер-лейтенанта Россмана подбили в том бою именно Т-34? Как уже ранее отмечалось, сражение под Уманью началось в середине июля 1941 г., и молва о «тридцатьчетверках» распространилась среди наступающих частей вермахта как волна цунами. Во всяком случае, войскам группы армий «Юг» они уже испортили «настроение», и теперь в любом танке немцам мерещился Т-34. В ходе упомянутого боя в качестве «тридцатьчетверок» могли оказаться те же легкие колесно-гусеничные танки БТ.

Сегодня принято посмеиваться над красноармейцами, которые на Курской дуге принимали любой немецкий танк за «Тиф», но почему-то никто не может себе представить, что подобная ситуация могла возникнуть и в вермахте в 1941 г. Вспомним характерные внешние черты БТ-7: коническая плоская башня, опорные катки большого диаметра. В суматохе боя его вполне можно было принять за Т-34. Во всяком случае, фото «6этэшек», идентифицированных как Т-34, часто встречаются в немецких фронтовых альбомах. По утверждениям отдельных историков, немцы иногда даже путали на поле боя KB с Т-34 и тем самым невольно приписывали средним советским танкам поразительную стойкость от огня противотанковой артиллерии. Впрочем, подобные случаи вряд ли наблюдались везде и повсеместно – по своему силуэту и габаритам тяжелый KB все-таки серьезно отличался от «тридцатьчетверки».

В 1941 г. немцы для борьбы с Т-34 и KB привлекали не только зенитные, но и полевые пушки, а также гаубицы. Безусловно, в вермахте имелся большой выбор артиллерийских орудий, способных уничтожать бронетехнику противника, однако многие их них предназначались для ведения огня лишь по одиночным или небольшим группам танков или бронемашин. Отражение массированных атак танков возлагалось прежде всего на противотанковую артиллерию, т.е. на те пушки, которые обладали высокой бронепробиваемосью, большой дальностью прямого выстрела и высокой скорострельностью. К ним предъявлялись еще два крайне важных требования – низкий силуэт (малозаметность) и сравнительно небольшая масса, чтобы расчет мог быстро менять огневую позицию своего орудия. Немецкие тяжелые полевые пушки и гаубицы совершенно не подходили под эти требования.

Тем не менее, в отдельных источниках практически всю немецкую полевую и тяжелую артиллерию почему-то приписали к противотанковой. Рассмотрим три артсистемы – 105-мм легкую полевую гаубицу le.F.H.18, 105-мм тяжелую пушку s.K.18 и 150-мм тяжелую полевую гаубицу 15 sm. s.F.H. 18, хотя в вермахте имелись и другие орудия, подпадавшие под классификацию тяжелой артиллерии.

В боекомплект легкой 105-мм полевой гаубицы le.F.H.18 (eichte Feldhaubitze) входили бронебойные и кумулятивные боеприпасы, бронебойно-трассирующие снаряды Pzgr-6. Ldg. и Pzgr.-39 rot имели начальную скорость 390 м/с и пробивали с дистанции 500 м броню толщиной 50 мм, расположенную под углом 30°. Правда, при прямом попадании 14-кг снаряд мог просто проломить броню «тридцатьчетверки». В то же время низкая начальная скорость полета снаряда (475 м/с) ограничивала дальность прямого выстрела. Но в основном стрельба из 105-мм гаубиц le.F.H.18 по советским танкам велась осколочно-фугасными снарядами, причем достаточно эффективно. Немецкие наставления рекомендовали артиллеристам вести стрельбу из le.F.H.18 по KB с дистанции 300 м, по Т-34 – с 400 м. Кумулятивные боеприпасы к этой гаубице появились на рубеже 1941-1942 гг.

Скорострельность le.F.H.18, несмотря на раздельное гильзовое заряжание, составляла 6-8 выстр\мин. Габариты гаубицы: высота – около 2 м, ширина – более 1,5 м. Масса в боевом положении достигала почти 2 т, т.е. переместить орудие на новую позицию только силами расчета из 6 чел. было невозможно. Кстати, транспортировка легких полевых гаубиц в основном осуществлялась шестиконными упряжками. Естественно, темпы продвижения артиллерийских частей при этом были явно невысоки. Для сравнения: грузовик или полугусеничный тягач мог буксировать le.F.H.18 со скоростью 40 км/ч. На конной тяге для преодоления 40 км пути требовался целый день изнурительного марша. На Восточном фронте в 1941 г. подвижность 105-мм гаубиц le.F.H.18 резко снижалась, поскольку даже трех- и пятитонные полугусеничные тягачи Sd. Kfz.ll и Sd. Kfz. 6 далеко не всегда могли преодолевать осеннюю распутицу, не говоря уже о конных упряжках.

Тяжелая 105-мм пушка 10 cm schwere Kanone 18 (s.K.18) находилась на вооружении артиллерийских частей РГК, артиллерийских полков танковых и моторизованных дивизий. В ее боекомплект также входили бронебойно-трассирующие снаряды. Благодаря высокой дульной энергии s.K.18 являлась весьма грозным противником для любого танка тех лет, включая КВ. Даже в конце войны она оставалась весьма действенным противотанковым средством. При стрельбе так называемым «большим» зарядом бронебойно-трассирующий снаряд с красным пояском на корпусе (Pzgr.rot – mittLLdg.) массой 15,6 кг пробивал броню толщиной 172 мм на расстоянии 100 м и 158 мм – на расстоянии 1500 м. В зависимости от заряда начальная скорость снаряда могла колебаться от 550 до 822 м/с.

Заряжание s.K.18 – раздельно-гильзовое. В боекомплект входили десять бронебойных снарядов. Скорострельность достигала 6 выстр\мин. Масса орудия в боевом положении достигала 5,64 т, а в походном – 6,4 т. Разумеется, ни о каком самостоятельном перемещении орудия артиллеристами не могло быть и речи. Буксировалась s.K.18, как и 88-мм зенитные орудия Flak 18/56/37 8-тонными полугусеничными тягачами Sd.Kfz.7. Перевозить орудие можно было как в разобранном, так и в обычном виде, но, как правило, при транспортировке пушка не разбиралась. Скорость передвижения в разобранном состоянии доходила до 60 км/ч, в нормальном – до 40 км/ч. Орудия s.K.18 допускалось перевозить в разобранном виде и восьмиконными упряжками, но в таком случае темпы его переброски снижались до 8 км/ч. Расчет орудия, перевозимого механической тягой, достигал 11 чел.

105-мм полевые пушки входили в состав трехбатарейных пушечных и смешанных (две батареи 150-мм гаубиц и одна 105-мм пушек) дивизионов. Такими же смешанными дивизионами располагали и танковые дивизии.

Вести огонь из s.K.18 no KB рекомендовалось на дистанции 1500 м. Подпускать «тридцатьчетверку» следовало не более чем на 600 м. Максимальная дистанция стрельбы по Т-54 – 1000 м. Впрочем, s.K.18 прежде всего служила для уничтожения фортификационных и полевых укреплений, артиллерийских орудий и других огневых средств, а также живой силы противника. И с этими задачами она неплохо справлялась. Тем не менее, эффективность снаряда пушки s.K.18 для решения многих огневых задач признавалась недостаточной.

К началу Второй мировой войны вермахт располагал 702 полевыми пушками s.K.18. Их производство продолжалось до последних месяцев войны и вплоть до 1944 г. шло нарастающими темпами. В1940 г. немецкая промышленность выпустила всего 35 таких орудий, а в 1941-м и 1942 гг. – соответственно, 108 и 135.

Читать:  Захват Британской Малайи

По конструкции 150-мм тяжелая полевая гаубица 15 sm. schwere Feldhaubitze (s.F.H. 18) была сходна с s.K.18. Она предназначалась для борьбы с мощными фортификационными и полевыми укреплениями, с артиллерией, танками и живой силой противника, сосредоточенными на исходных позициях. Бронебойных снарядов в ее боекомплекте не было, зато бетонобойный снаряд 15 cm.Grl9Be массой 45,5 кг мог прошить насквозь железобетонную стену толщиной 400-500 мм. Попадание такого снаряда в любой танк приводило к его уничтожению. 24 июня 1941 г. в ходе боя за городок Немиров на Западной Украине именно из S.F.H 18 якобы был уничтожен Т-54 из состава 8-й танковой дивизии.

s.F.H. 18 также отличалась весьма солидными габаритами: ширина – 2255 мм, высота – 1707 мм. Безусловно, 150-мм гаубица являлась очень мощной артиллерийской системой, но одновременно и слишком тяжелой, громоздкой и малоподвижной (ее масса составляла 5,5 т). К тому же развертывание столь крупных орудий ограничивалось условиями местности и состоянием фунта. Поэтому отражать танковые атаки расчетам таких пушек приходилось скорее по необходимости.

Транспортировка гаубицы осуществлялась либо 8-тонным полугусеничным тягачом Sd.Kfz.7, либо конной тягой (восьмеркой лошадей). Время перевода из походного в боевое – от 3 до 7 мин в зависимости от способора транспортировки орудия.

На Восточном фронте при отсутствии нормальных дорог буксировка 150-мм гаубиц, 105-мм полевых орудий и 88-мм зениток, особенно на приличные расстояния, была сопряжена с серьезными проблемами. Не хватало и надежных переправ – далеко не каждый мост выдерживал вес не только самой пушки, но и тягача.

Тем не менее, 150-мм тяжелая полевая гаубица 15 sm.5.F.H. 18 использовалась в гитлеровской армии до самого конца Второй мировой войны. Наличие стальных колес позволяло перевозить s.K.18 и S.F.H. 18 с вполне приличной скоростью – 40-60 км/ч. Конечно, бездорожье и распутица сильно влияли на их доставку в районы боевых действий, но ведь и современные прицепные артиллерийские орудия вряд ли перебрасываются с большей скоростью. Напомним, что в 1941 г. почти вся полевая и гаубичная артиллерия Красной Армии буксировалась гусеничными тракторами СТЗ-5, СТЗ-5, «Коминтерн», С-60 и С-65 со значительно меньшими скоростями – не более чем 10-15 км/ч.

Плохо организованные атаки танковых частей Красной Армии позволяли противнику достаточно быстро перебрасывать полевые пушки и гаубицы на угрожаемые участки фронта и использовать их как противотанковые орудия. Тем более что значительные масса и габариты этих систем не имели принципиального значения: зачастую советские танки, прорываясь из окружения, шли на немецкие позиции в открытую, буквально напролом, без снарядов, на последней капле горючего, без поддержки пехоты, артиллерии и авиации. Впрочем, очень скоро картина войны существенно изменилась, и вермахт в полной мере начал ощущать на себе силу ударов грозных «тридцатьчетверок».

Вместо заключения

Сегодня можно нередко слышать о многочисленных катастрофах Красной Армии в 1941 г., о толпах советских военнопленных и грудах разбитой техники, мимо которых победным маршем двигались немецкие войска. Среди основных причин поражений называются, естественно, культ личности Сталина, политические репрессии в армии и недоверие главы государства к данным разведки.

Безусловно, И.В. Сталин как глава советского государства нес полную ответственность за крайне неудачное начало Великой Отечественной войны. Тем не менее, он все сделал возможное для обеспечения обороноспособности страны. Достаточно вспомнить о том, какой рывок сделала отечественная экономика в предвоенные годы, ведь до революции Россия всегда находилась в положении «вечно догоняющей» страны. Более того, несмотря на белейшее положение, в котором оказался Советский Союз в июне 1941 г., он все-таки выстоял и в итоге победил!

В то же время ответственность за крайне неудачное начало войны лежит и на высшем командовании Красной Армии. Можно вспомнить о серьезных ошибках, допущенных при реорганизации советских танковых войск, о создании накануне войны большого количества громоздких, малоподвижных механизированных соединений, о неудачной дислокации и недостаточной выучке войск, разобщенности и нехватке сил для отражения нападения и т.д. Разумеется, после осознания масштабов всех этих просчетов любые рассуждения о технических недостатках новых Т-34 н KB кажутся просто несерьезными.

В годы развала Советского Союза появилась и набрала обороты версия о так называемом «превентивном ударе», который якобы готовил Сталин, чтобы разжечь во всем мире «пожар мировой революции». Такая трактовка событий конца 1930-х – начала 1940-х гг. была выгодна, прежде всего, странам Запада, чтобы не только обелить себя в развязывании Второй мировой войны, но и радикально пересмотреть ее итоги. Требовалось обвинить в начале войны, в первую очередь, советскую Россию и поставить на одну доску Сталина и Гитлера.

Однако благодаря трудам адекватно мыслящих историков удалось восстановить истинную картину событий, предшествовавших не только началу Второй мировой, но и Великой Отечественной войны. Поход Красной Армии в Западную Белоруссию и на Украину, боевые действия против Финляндии в реальности оказались суровой необходимостью, так как в Европе и в Азии уже вовсю полыхала война, которая стремительно и неумолимо продвигалась к границам Советского Союза.

22 июня 1941 г на нас обрушилась хорошо подготовленная, отлаженная и обеспеченная всем необходимым военная машина. За плечами вермахта уже были победоносные военные кампании, и боевой дух немецких солдат был крайне высок. Как известно, победа в современной войне достигается не только количеством техники, но и ее эффективным применением на поле боя. В данном случае превосходство уже было на немецкой стороне. Тем не менее, «блицкриг» с самого начала забуксовал.

Танки Т-34 вступали в бой в июне 1941 г. в крайне невыгодных условиях. Многие машины погибли с экипажами в первых же боях, так и не сумев остановить продвижение врага. Тем не менее, они сразу же заставили говорить о себе как о серьезнейшем противнике, о чем говорят многочисленные документы и свидетельства противника. После знакомства с KB и Т-34 немцам пришлось серьезно пересмотреть не только тактику борьбы с танками, но и форсировать работы по созданию новых бронированных машин. Все это отняло у них драгоценное время и потребовало вложить громадные силы и средства в перестройку своей военной промышленности.

Конечно, учитывая формат публикации, многое пришлось оставить за бортом. Неизбежными оказались и отдельные неточности. Кроме того, постоянно появляются новые данные, документы и публикации, ведь тема Т-34 неисчерпаема. Поэтому в следующих статьях мы попытаемся дополнить историю этого танка в 1941 г. и расскажем о том, кто воевал на «тридцатьчетверках», а также о советской танковой промышленности.

Автор признателен всем читателям журнала «Техника и вооружение», кто не остался неравнодушен к данным статьям и делал зачастую весьма ценные замечания. Особую признательность за подготовку данного цикла хотелось бы выразить Александру Рузавину, Денису Вазуеву, Алексею Хлопотову, Ивану Павлову, Максиму Коломийцу, Олегу Царапкину и Михаилу Евглевскому, а также Александру Бону и Сергею Лунину, к сожалению, уже ушедшим из этой жизни.

1 1 голос
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии