Джомо Кениата занимал пост президента Кении на протяжении 14 лет и оставил после себя по меркам Африки процветающую страну. Когда он умер, то был помещен в мавзолей, вход в который охраняют каменные львы.
И это символично: опытный политик Кениата всю жизнь лавировал между разными системами, безуспешно пытаясь соединить эти противоположности… Кения в основном знаменита своей природой, спортсменами и национальными парками. Здесь долгое время хозяйничала Португалия, потом оманские арабы и работорговцы, отправлявшие невольничьи караваны в Европу и США.
Но в XIX веке сюда пришла Британия и превратила страну на долгие годы в свою колонию.
Свой среди кикуйю
Плотность британского владычества была в Кении была так высока, что страну называли «приусадебным участком палаты лордов». Британцы возводили здесь поместья, создавали предприятия, изгоняя со своих земель целые народы. В числе пострадавших оказались кикуйю, которые наряду с народностями лухья и луо (дед бывшего президента США Барака Обамы — уроженец племени луо) являются самыми многочисленными народами Кении.
Но нет худа без добра: благодаря пришельцам кенийцы стали потихоньку приобщаться к прогрессу. Они нанимались на работу к англичанам в качестве слуг, сельхозрабочих, садовников, уборщиков, перенимали европейский опыт, приобщались к знаниям.
Одним из таких любознательных и энергичных кенийцев был уроженец племени кикуйю Нгенги ва Камау, родившийся в 1891 году в местечке Ичавери близ Найроби. В течение первой половины своей жизни этот харизматичный кениец дважды менял имя — окончив миссионерскую школу, стал называться Джонстоном Камау, а позже, ощутив свое истинное призвание, взял имя Джомо Кениата (Джомо переводится как «пылающее копье», Кениата — «свет Кении»). Неизвестно, насколько имя помогало ему преодолевать трудности, но вскоре обычный африканский паренек устроился работать переводчиком в Верховный суд страны, а после стал служащим муниципалитета Найроби. Здесь ему удалось познакомиться с людьми, мечтавшими об освобождении страны, жаждущими знаний и сплоченности ради большой цели. В 1924 году он вступил в первую политическую организацию Кении — Центральную ассоциацию кикуйю. А в середине 1920-х создал общественно-политический журнал на языке кикуйю под названием «Муиг-витания». Вокруг журнала сплотились наиболее просвещенные и неравнодушные кенийцы. Понимая, что Англия будет всячески тормозить процесс освобождения, Джомо в конце 1920-х годов отправился в Европу. Партия поручила ему организовать международную поддержку и найти способ, как заставить британское правительство пойти на уступки местному населению.
узбекистан нужна ли виза для россиян.
Антиимперская борьба
Однако европейские гуманисты не спешили идти на помощь закабаленной Кении. Вскоре Джомо Кениата ясно осознал: спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Никто не спешил помогать Кении деньгами и связями, и Джомо пришлось немало потрудиться, чтобы приобрести авторитет среди европейских борцов с колониализмом. И это ему удалось: Кениата участвовал в деятельности Антиимпериалистической лиги и в конференции негритянских рабочих в Гамбурге, познакомился со многими деятелями африканского освободительного движения — ганцем Нкрумой, малавийцем Бандой, будущим лауреатом Международной Ленинской премии танзанийцем Ньерере. Но не найдя понимания в Англии, Джомо решил перебраться в Москву.
Так в середине 1930-х годов молодой африканец оказался в СССР, где проходили грандиозные события: широкие социалистические преобразования, сопровождаемые конвейером Большого террора. Трудно сказать, что именно Джомо привез из Москвы, но можно не сомневаться, что два года учебы в Коммунистическом университете трудящихся Востока имени Сталина не прошли даром.
Незадолго до начала Второй мировой войны будущий «отец Кении», вернулся в Англию. Познакомившись с выдающимся антропологом Брониславом Малиновским, он вскоре написал известную книгу «Лицом к горе Кения». Тем временем в мире назревали большие перемены: страны-колонизаторы, такие как Англия, Франция, Бельгия, занятые подготовкой к войне, уже не могли сдерживать рост национальных движений так, как прежде. И бунтари-африканцы хорошо это понимали — казалось, нужно еще одно усилие, и ярмо национального гнета будет повержено.
Предчувствуя это, африканские борцы с колониализмом организовали V Панафриканский конгресс в Манчестере, на котором приняли программу африканской «автономии и независимости».
Однако все это были теоретические игры, которые необходимы были для привлечения внимания прогрессивных сил, но реальные изменения могла принести только борьба, развернутая на родине.
Поэтому в 1946 году Джомо Кениата, вдохнувший полной грудью воздух свободной Европы, вернулся домой. Надо полагать, приблизительно в это время им и сподвижниками и была создана тайная организация мау-мау (звук, издаваемый гиеной, пожирающей падаль).
Об этом движении, которое нередко называют сектой, известно не очень много, да и сам Джомо всегда открещивался от своего участия в ее деятельности. И неудивительно, поскольку это была своего рода «боевая организация» кикуйю, созданная на базе их религиозных верований, культов и обычаев. Они нападали на фермы, которыми владели белые, поджигали их, иногда убивали обитателей. Мау-мау безжалостно расправлялись с теми из африканцев, кто состоял на службе у белых, создавая нетерпимую обстановку вокруг присутствия колонизаторов на земле Кении. Противники мау-мау рассказывали, что участники общества практиковали каннибализм и скотоложество, безжалостность и ненависть, считая Джомо Кениату своим «богом». На собраниях секты участники пели псевдохристианские гимны, где вместо Иисуса фигурировал Кениата.
В 1952 году набеги мау-мау до того надоели британцам, что они развернули против них настоящую войну. Всех, у кого были обнаружены бритвенные надрезы под мышкой (знак принадлежности к мау-мау), расстреливали на месте, их лидеров сажали в тюрьмы. Джомо Кениата как глава мау-мау получил семь лет заключения и отправился за решетку.
Из тюрьмы в президенты
За годы его отсидки колониальный режим окончательно себя скомпрометировал, и в 1961 году, после того как правительство Великобритании согласилось предоставить Кении самоуправление, Кениата вернулся из ссылки и занял пост президента Национального союза африканцев Кении, после чего был избран премьер-министром страны.
12 декабря 1963 года Кениата спустил флаг Великобритании, объявив, что Кения стала независимым государством. С 1963 года и до самой смерти, случившейся в 1978 году, Кениата находился в должности президента, пытаясь найти для своего народа наиболее приемлемую форму существования.
Поначалу президент пытался реализовать свои социалистические идеи, вероятно, почерпнутые в Москве, однако после того, как СССР стал снабжать оружием одного из его противников — Огингу Одингу, Джомо стал сторонником прозападных идей. Удивительно, но в Кении сильны позиции православной церкви. Так уж вышло, что Джомо Кениата был другом архиепископа Кипрского Макария III — они вместе сидели в колониальной тюрьме на Сейшельских островах, где и познакомились.
В 1970-х годах в знак признательности Кениата подарил православной церкви через архиепископа Макария большой участок земли под Найроби. С тех пор в Кении было рукоположено 260 православных священников из местного населения, а православных кенийцев сейчас уже более 650 тысяч!
Вероятно, в силу национальных традиций первый президент не забывал о себе и своей семье, поскольку сегодня его вдова Мама Нгина Кениата, является одной из трех африканских женщин, на счету которых числится миллиард. Семья Кениата владеет сельскохозяйственным предприятием, а также несколькими пятизвездочными отелями и авиакомпаниями.
Сегодня Кенией руководит сын Джомо — Ухуру Кениата, который недавно обвинялся в преступлениях против человечества.
К счастью, первый президент, тело которого покоится в мавзолее, выстроенном для него в Найроби, уже ничего не узнает.
