Loading Posts...

Автоматические пушки 2 cm Flak 30 и Flak 38 (Германия до 1945 г.)

Версальский мирный договор запрещал Германии иметь и разрабатывать зенитные артиллерийские системы. Поэтому фирма «Rheinmetall» проектировала свое 20 мм автоматическое зенитное орудие в обстановке строгой секретности. Работы были начаты в середине 1930-х гг. и завершились как раз ко времени создания Вермахта и формирования в его составе первых подразделений зенитной артиллерии.

Пушка была принята на вооружение и немедленно запущена в серийное производство под обозначением 2 cm Flak 30.

Испытания пушки в ходе боевых действий в Испании показали, что при стрельбе у нее случаются задержки, а темп стрельбы недостаточно высок. Поскольку фирма «Rheinmetall» в конце 1930-х гг. была занята разработкой систем полевой артиллерии, модернизацию пушки провела фирма «Mauser», а новый лафет спроектировала фирма «Gustloff-Werke». Серийное производство модернизированной зенитной пушки 2 cm Flak 38 было начато в 1939 г.

Обе пушки отличались простотой конструкции, однако их автоматика была весьма чувствительна к загрязнению и загустению смазки.

Даже небольшое увеличение сил сопротивления движению откатывающихся частей вызывало неполный откат и, как следствие, задержку. Отсутствие ленточного питания существенно ограничивало практическую скорострельность.

По заказу сухопутных войск на базе пушки Flak 38 была разработана 20 мм горная зенитная установка 2 cm Gebirgsflak массой всего 276 кг.

Пушка Flak 38 была использована и при разработке 20 мм счетверенной зенитной установки 2 cm Flakvierling 38, теоретическая скорострельность которой составляла 1800 выстр./мин, а практическая — примерно 900 выстр./мин.

Первые 15 таких установок сухопутные войска получили в мае 1940 г. В годы войны было произведено 2140 установок 2 cm Flakvierling 38, которые обеими воюющими сторонами оценивались как исключительно эффективное оружие.

Надо упомянуть также о предпринятой в СССР попытке запустить пушку Flak 30 в серийное производство под обозначением «20 мм зенитная пушка обр. 1930 г.» (2К). Документация на эту пушку была закуплена у фирмы «Rheinmetall» в 1930 г., в 1932–1933 гг. завод № 8 сдал представителям Красной Армии 64 пушки этого образца, но их качество оказалось невысоким, и производство пушек решили свернуть.

Заказчиком разработки и производства пушек Flak 30 и Flak 38 выступали ВВС Германии — Люфтваффе, так как именно на них были возложены задачи ПВО страны. В то же время сухопутные войска располагали собственными подразделениями ПВО, входившими в состав общевойсковых соединений.

Объемы производства пушек были весьма значительны. Уже к 1 сентября 1939 г. Люфтваффе и сухопутные войска имели на вооружении 6072 пушки Flak 30 и Flak 38. В приведенных ниже таблицах содержатся сведения о количестве выпущенных во время войны по заказам Люфтваффе зенитных установок и о количестве установок, переданных сухопутным войскам.

Путем установки зенитных орудий Flak и Flakvierling на различного рода самодвижущиеся шасси было создано большое количество различных самоходных зенитных установок. Основными типами таких установок были следующие. Следует сразу оговориться, что термины «средняя», «легкая» и «тяжелая» относятся лишь к установкам внутри класса 20 мм самоходных зениток. В общеармейской классификации все самоходные 20 мм зенитные установки относятся к легким образцам самоходных установок (кроме «Wirbelwind»).

На базе основных германских танков были созданы следующие установки:

— Flakpanzer 38 (t) «Gepard» — самоходная установка, вооруженная 20 мм автоматом Flak 30 либо 38 на базе легкого танка Pz. 38 (t) чешской конструкции. В 1943–1944 гг. было создано около 140 таких установок. Ими были оснащены зенитные взводы в танковых и панцер-гренадерских дивизиях, например в 12-й танковой дивизии СС «Hitlerjugend», вступившей в бой в июне 1944 г. в Нормандии;

— «Wirbelwind» — самоходная зенитная установка, представлявшая собой счетверенную установку Flakvierling на базе танка Pz IV. 106 зенитных самоходных установок «Wirbelwind» с 1944 г. использовались в зенитных взводах танковых подразделений. По штату в каждой танковой дивизии должно было быть 12 таких установок: 3 единицы в самоходной зенитной роте танкового полка и по 3 единицы в каждой из трех рот мотострелкового батальона, имевшего на вооружении бронетранспортеры. В начале марта 1945 г. в боевых частях на вооружении состояли 44 зенитные самоходные установки «Wirbelwind». На базе зенитных пушек Flak 30/38 были созданы автоматические орудия KWK 38, предназначенные для установки на бронетехнику. Основной машиной, оснащенной 20 мм автоматическими пушками, стал легкий танк Pz Kpfw II в различных модификациях, имевший боезапас 180 снарядов калибра 20 мм (у модификации Pz II L «Luchs» боезапас был увеличен до 320 снарядов). На первом этапе Второй мировой войны танк играл заметную роль в структуре Панцерваффе и использовался в первых кампаниях весьма интенсивно. Так, к польской кампании Верхмат имел 1200 «двоек», при этом потеряно было несколько сотен машин. К французской кампании Верхмат имел около 950 этих машин (около 60% матчасти), 240 танков потеряно. К войне с Советским Союзом танк Pz II окончательно потерял статус полноценной боевой машины и стал вести в основном разведывательные операции. Танкисты уважали эту машину в основном за весьма плотный огонь из автоматических стрелковых систем (в дополнение к пушке KWK танк имел пулемет MG 34 калибра 7,92 мм). Показателен бой в долине Губрандсдален, севернее Лиллехаммера (Норвегия). 40-й танковый батальон в составе 50 бронированных машин (в том числе 16 танков Pz II) поддерживал огнем наступающую немецкую пехоту, сражавшуюся с англо-французскими частями. Не в последнюю очередь благодаря весьма плотному огню из 20-мм автоматических пушек бой был выигран, а союзники начали отступление. При этом батальон потерял 2 машины. Кроме танков, пушки KWK были установлены на бронетранспортеры. Ниже представлены самые массовые образцы бронетехники Верхмата с пушками KWK:

— Sd Kfz 231/6 — тяжелый трехосный разведывательный бронеавтомобиль с боекомплектом 200 20 мм снарядов;

— ADGZ — тяжелый четырехосный бронеавтомобиль (250 снарядов);

— Sd Kfz 231/8 — тяжелый четырехосный разведывательный бронеавтомобиль;

— Sd Kfz 222 — легкий разведывательный бронеавтомобиль (200 снарядов);

— Sd Kfz 234/1 — тяжелый четырехосный разведывательный бронеавтомобиль;

— «Bergerpanther» — тяжелая ремонтно-эвакуционная машина.

Весьма интересен опыт создания на базе автоматов «Rheinmetall» тяжелой противотанковой винтовки. Танковые пушки KWK вместе с оптическими приборами и щитком устанавливались на легкий станок, регулируемый по высоте. Оружие могло переноситься в боевом положении тремя бойцами. Большая масса и габариты, а также неустойчивость точки прицеливания при ведении огня обусловили непопулярность этого оружия. Посему основное применение в качестве крупнокалиберного пулемета (в том числе и «противотанкового») нашли лишь установки на мобильных колесных шасси и на самоходной базе.

Читать:  Многоцелевой бомбардировщик «Дорнье» Do 217

Планировалось наладить серийный выпуск таких установок с апреля 1944 г., однако построено было лишь 12 единиц, поступивших в армию под обозначением 2 cm «Erdkampfgerat» (в переводе — оружие наземного боя). Интересно, что под эти установки проектировались надкалиберные 66 мм гранаты. Стрельбу предполагалось вести из дульной мортирки. Несмотря на малую начальную скорость (всего 105 м/с), граната была способна пробить 120 мм броню.

Широкое распространение во время Второй мировой войны получили зенитные бронеплощадки Люфтваффе и зенитные бронепоезда. Они обеспечивали противовоздушную оборону эшелонов с важными грузами. Для этой цели выпускались зенитные бронеплощадки двух основных типов I (E) и II (E).

Бронеплощадка I (Е) представляла собой железнодорожную платформу с 20 мм зенитной пушкой Flak 30 или Flak 38 и счетверенной 20 мм зенитной установкой Flakvierling 38. На этой же платформе были оборудованы жилые помещения для расчетов зенитных установок. Такая бронеплощадка имела лишь локальную броневую защиту.

Обычно одна такая бронеплощадка размещалась за локомотивом примерно на одной четверти длины поезда, другая — посередине состава, а третья — в зоне последней четверти длины поезда. Если состав перевозил особо важные грузы, еще одна бронеплощадка располагалась перед локомотивом.

Опыт использования зенитных бронеплощадок показал, что их бронирование недостаточно для защиты расчетов орудий. Поэтому на них появились монолитные железобетонные ограждения.

Бронеплощадки нередко объединяли в бронепоезда ПВО, имевшие собственные бронированные локомотивы. Прибытие такого бронепоезда, например, на железнодорожную станцию резко усиливало ее защиту от налетов авиации. Если возникала необходимость, бронепоезд мог быть оперативно переброшен на защиту другого объекта.

Следует отметить, что зенитные бронепоезда не только обеспечивали противовоздушную оборону, но нередко участвовали в операциях по защите железнодорожных коммуникаций и объектов от партизан и даже в общевойсковых боях.

Под обозначением 2 cm С/30 и 2 cm C/38 оба автоматических орудия были приняты флотом Германии в качестве оружия ПВО «карманных линкоров», эсминцев и подводных лодок. Существуют сведения, что подводные лодки с пушками С/38 (в спаренном варианте) могли погружаться на глубину до 200 м без риска для зениток.

Зенитные пушки Flak 30 и Flak 38 весьма широко использовались как средство ПВО сухопутных войск, Люфтваффе и войск СС. Рота таких пушек (12 единиц) входила в состав противотанкового дивизиона всех пехотных дивизий, такая же рота являлась составной частью каждого моторизованного зенитного дивизиона РГК, придававшегося танковым и моторизованным дивизиям. (Кроме роты из 12 зенитных пушек Flak 30 и Flak 38 в составе дивизиона имелись также две четырехорудийные батареи 88 мм пушек Flak 18/36/37.) О масштабах использования пушек Flak 30/38 говорит тот факт, что в мае 1944 г. сухопутные войска располагали 6355 пушками этого типа, а обеспечивающие ПВО Германии части Люфтваффе — более чем 20 000 пушек калибра 20 мм. Впрочем, к марту 1945 г. это число уменьшилось до 6265, т.е. до уровня, имевшего место в сентябре 1939 г.

Немцы «обкатали» зенитки Flak 30 во время гражданской войны в Испании, где оружие неплохо зарекомендовало себя при борьбе с самолетами республиканцев. Есть также сведения о применении зениток для борьбы с бронетехникой.

Следующей страной, закупившей автоматы фирмы «Rheinmetal», стала Финляндия. До начала зимней войны с СССР финская армия получила 30 единиц Flak 30, еще 20 пушек были тайно через подставную шведскую фирму (по соглашению с СССР, Германия обязалась не продавать военную технику и оружие странам, бывшим в состоянии войны с Союзом) куплены в декабре 1939 г. — в самый разгар войны. В финской армии Flak 30 имели обозначение 20 ltK/30 и стали основным оружием финской ПВО в зимней войне. Есть сведения, что немецкие Flak сбили 104 советских самолета, затратив в среднем 474 выстрела на 1 сбитый самолет. В течение войны продолжения финская армия получила еще 93 20 мм немецкие зенитки — на этот раз новые Flak 38, поставленные на вооружение под обозначением ltK/38. Оружие было немного легче предшественника, что, впрочем, не слишком понравилось финским зенитчикам — отдача при стрельбе существенно мешала точности прицеливания. Вкупе с возросшими скоростями советских самолетов это привело к многократному возрастанию затрат боеприпасов. Пушки ltK/38 оставались на вооружении финской армии до начала 1960-х гг., затем были переданы на склады в качестве резервов и в начале 1980-х гг. списаны.

Между прочим, некоторые специалисты не всегда положительно оценивают эффективность скорострельных мелкокалиберных зенитных систем, относя их к таким же ненужным проектам, как «карманные линкоры», ракеты «Fau» или сверхтяжелый танк «Maus». Один из приближенных к верхушке Третьего рейха, экономист Ганс Керль в послевоенной статье «Военная экономика и военная промышленность» в частности пишет: «Не было смысла увеличивать выпуск зенитных орудий, совершенно независимо от их эффективности, потому что мы просто не могли себе позволить растрачивать боеприпасы для такого оружия, которое на каждые 2 тысячи выстрелов производит одно попадание».

Тем не менее генерал-лейтенант в отставке Эрих Шнайдер, один из важных военных чиновников Третьего рейха, в своих воспоминаниях пишет:

«Для стрельбы по снижающимся самолетам немецкая зенитная артиллерия располагала 37 мм и 20 мм автоматическими зенитными пушками. 20 мм орудие в счетверенной установке обладало очень большой огневой мощью и поэтому с успехом применялось в сухопутной армии и на кораблях». И далее: «Действия зенитной артиллерии, которую столь часто критиковали во время Второй мировой войны, были гораздо более эффективными, чем принято думать. В 1943–1944 гг. американские бомбардировщики возвращались с заданий, имея повреждения в каждой четвертой машине. Это означало, что ежемесячно у союзников выходило из строя 4000 бомбардировщиков. Ремонт самолетов был связан с трудностями и отнимал много времени, и необнаруженные повреждения при следующем вылете приводили к гибели всего самолета».

Приходилось повоевать 20 мм Flak и в качестве противотанкового пулемета. Так, есть сведения, что до сентября 1942 г. РККА потеряла только от огня 20 мм пушек до 5% всей уничтоженной бронетехники.

Читать:  Бомбардировщик Дорнье Do 17Р-1

С утолщением брони русских танков 20 мм зенитки Flak потеряли свое значение как противотанковое оружие. Однако в дальнейшем они иногда применялись для уничтожения живой силы противника. Для солдат звук работавшей зенитки был убийственно страшен. И даже отчаянные русские командиры, излюбленным приемом которых была лобовая атака позиций немцев, не решались поднимать бойцов, когда по ним стрелял такой «пулемет».

Итальянский ветеран Э. Корти был свидетелем применения зенитки Flak 38. Дело было под Сталинградом в декабре, когда русские уже сжимали кольцо окружения вокруг 6-й армии Паулюса. Вместе с итальянскими частями, практически потерявшими боеспособность по причине полного отсутствия оружия (было брошено при отступлении все, включая легкое стрелковое) и организации (офицеры моментально при первом же натиске русских потеряли управление подразделениями), Корти оказался в деревне Арбузово. Окружение продолжалось.

И тут поступил приказ атаковать русских с целью раздвинуть границы окружения. Практически безоружных итальянцев прикрывали немецкие пулеметчики, минометчики и расчет 20 мм зенитного орудия. Уж неизвестно, как последнее «доползло» до Арбузова, ведь вся артиллерия была брошена еще в начале отступления. Благодаря его поддержке «штыковая атака» вооруженных лишь холодным оружием полуобмороженных солдат удалась. Где-то враг был отброшен, где-то даже стал сдаваться. Корти рассказывает:

«Укрывшись за одной из изб, я мог наблюдать за удивительным действом, развернувшимся на противоположном краю долины. Там шла яростная атака. Немцы и итальянцы наступали, а им навстречу, откуда-то из снежной белизны, один за другим выходили русские солдаты с поднятыми руками. Поразительный, волнующий спектакль. Немцы, стоявшие рядом со мной, наблюдали за событиями совершенно бесстрастно.

В узком проходе между двумя избами поставили 20-миллиметровое немецкое орудие для огневой поддержки солдатам, ведущим штыковую атаку на противоположном краю долины. Там, где сейчас сдавались русские. Но когда открыли огонь, кто-то сообразил, что таким образом немцы стреляют в итальянцев. Раздались крики. Необходимо было немедленно приказать немецким солдатам прекратить огонь. Но когда я подбежал, солдаты уже не стреляли. На меня они посмотрели с явной неприязнью».

Весьма охотно использовали автоматические немецкие зенитки и советские войска. В.Ф. Гладков, в 1943 г. командир 318-й дивизии, осуществившей тогда высадку в Крым в районе поселка Эльтиген, в своих послевоенных мемуарах вспоминает о таком случае:

«Немцы блокировали десант с суши, с моря и с воздуха. Чуть начинало темнеть — и на морском горизонте появлялось восемь-десять фашистских десантных барж. Они не пропускали к плацдарму ни одного суденышка, а утром разворачивались фронтом к Эльтигену и открывали огонь.

Делалось это с немецкой педантичностью: каждое утро в течение 10–15 минут на нас с моря сыпались снаряды и очереди крупнокалиберных пулеметов. В конце концов, нам надоело такое удовольствие, приняли решение: поставить на берегу трофейную автоматическую зенитную пушку и дать наглецам по зубам.

За ночь все было приготовлено. Утром 12 ноября гитлеровские моряки повторили свой обычный прием, и тут лейтенант Сорокин дал очередь по головной барже. Это был тот самый артиллерийский лейтенант, которого перед своей гибелью похвалил полковник Новиков за сбитый «юнкерс». Тогда Сорокин достал трофейной зениткой самолет, а теперь — баржу…

Первая очередь трассирующих снарядов пролетела над судном, вторая прострочила борт в районе машинного отделения. Баржа окуталась черным дымом, остановилась, на ней вспыхнуло пламя. Полковник Ивакин (один из офицеров 318-й дивизии. — Авт.) был в этот момент в учебной роте, державшей кромку берега. Он мне рассказывал, с каким восторгом солдаты наблюдали, как гитлеровцы прыгали в воду.

Удар по зубам помог. Отряд немецких барж, подобрав тонувших, взял курс на Феодосию. На волнах покачивался горевший остов. Потом он затонул. После этого случая БДБ противника не подходили близко к Эльтигену».

А вот рассказ Готтлиба Бидермана, ефрейтора 437-го пехотного полка 132-й пехотной дивизии, воевавшей летом 1944 г. в составе группы армий Центр в самом пекле — в Белоруссии — и принявшей на себя всю тяжесть одного из сталинских ударов под кодовым названием «Багратион»:

«Державший позиции с юга полк был обойден, и возникла угроза окружения. В течение ночи с 30 июня на 1 июля мы получили приказ двигаться на юг в направлении Миория. Батальон разделился на две группы. Я был назначен командиром группы в составе боевой группы Амброзиуса, в которую вошли две гренадерские роты, резервная рота, две самоходные зенитки и тяжелое противотанковое орудие. Полковник Амброзиус недавно командовал курсами унтер-офицеров в Риге, а потом среди бела дня был выдернут оттуда вместе со своим штабом и курсантами и брошен в бой.

Этот фронт, как и многие другие, на которых мы побывали, можно было оборонять лишь слабыми силами, но даже в этом случае оборона была ограничена отдельными стратегически важными секторами. Нашей боевой группе было поручено защищать участок примерно 2 километра длиной.

Я установил на левом фланге противотанковое орудие и 20-миллиметровые зенитки, чтобы прикрыть дорогу, которая проходила через наши позиции на юго-восток. Остальную территорию предстояло защищать пехотными ротами. Четыре тяжелых пулемета и два 80-миллиметровых миномета усиливали правый фланг.

С рассветными лучами солнца русские предприняли разведку боем, введя в действие роту. К обеду в нашем секторе стали падать тяжелые артиллерийские снаряды, и скоро мы очутились под ливнем снарядов, который стих только тогда, когда враг вновь попытался прорвать нашу оборону. Мы держали свою линию обороны вплоть до 4 июля, когда русские углубились в нашу оборону к югу от нашего правого фланга. Удерживавшая правый фланг 1-я рота была вынуждена контратаковать, пытаясь ликвидировать вражеский прорыв, и командир роты оказался среди других убитых в этом бою.

В 14.00 замолчало наше радио. Мы уже не могли установить связь с полковником Амброзиусом и его штабом в Миории. С целью установить с ним связь в направлении правого фланга был послан взвод разведки моей старой роты, и это подразделение, вернувшись, смогло лишь сообщить, что они выяснили, что город занят русскими…

Читать:  Бомбардировщик «Хейнкель» Не 177 - «Бомбер А»

Сгустились сумерки, ко мне поступило указание, переданное через передовых наблюдателей батареи 150-миллиметровых орудий, отойти на 5 километров к северо-западу. Мы лихорадочно подготовили отход и под прикрытием темноты оставили свои позиции.

Путь прокладывали наши самоходные зенитки, на шасси которых было полным-полно солдат из пехотной роты. Остатки роты шли сзади орудием, еще одной зениткой, а в арьергарде находились другие две роты. Я присоединился в замыкающих рядах к двум группам 2-й роты. Лаконичный приказ требовал, чтобы мы отошли точно в 20:00, не оставляя арьергарда на позициях для прикрытия.

Перед нашим отступлением вновь произошла перестрелка, в которой из винтовок и автоматов, а также тяжелых пулеметов в темноту посылались трассирующие пули. Когда мы отошли, русские минометные взводы посылали спорадические залпы, поражавшие участок, оставшийся позади нас. Их обстрел ответа не получил.

По-летнему свежий рассвет обозначил новый день, 5 июля 1944 г. Мы вышли из леса, когда первые утренние лучи танцевали на лугах и пшеничных полях слегка холмистого пейзажа. Через каких-то 100 метров пути в поле зрения появился какой-то холм, на котором громоздился примитивный деревянный сарай. Вместе с передовым дозором я осторожно приблизился к этому сооружению, намереваясь проинформировать своего заместителя о нашем следующем действии. И вдруг в каких-то 30 метрах от нас из пшеницы высотой по пояс выскочил какой-то русский майор с пистолетом в руке и закричал на ломаном немецком:

— Фрицы, сдавайтесь! Вы окружены!

Только миг царила тишина, внезапно очередь из автомата нашего фельдфебеля перерезала майору грудь.

Мгновенно воздух наполнился грохотом перестрелки. Русские автоматы стреляли в нас почти в упор, а мы пытались отстреливаться, лежа на открытой местности. Первая 20-миллиметровая зенитка, все еще спрятанная в лесу всего в 100 метрах позади нас и невидимая русскими, открыла огонь, и ее снаряды с ужасным треском проносились над нашими головами. При разрывах в поле впереди нас мы отчетливо видели небольшие клубы серого дыма. Скоро вступила в действие и вторая 20-миллиметровая зенитка, и, будучи захвачены врасплох тем, что вдруг посреди их боевых порядков появилась такая ошеломляющая огневая мощь, русские в количестве примерно ста человек бежали от нас в поисках укрытия в овраге…» .

Конструкция автоматических пушек 2 cm Flak 30 и Flak 38

Зенитные пушки Flak 30 и Flak 38 устроены в принципе одинаково и представляют собой 20 мм автоматическое орудие, установленное на легком колесном лафете.

Сама пушка выполнена в виде отдельного конструктивного узла, пригодного для установки на различных лафетах (что успешно использовали германские конструкторы во время войны).

Пушки имеют ствол-моноблок, длина которого без пламегасителя составляет 1300 мм (65 калибров), а с пламегасителем — 1451 мм (72,6 калибра). Пламегаситель одновременно выполняет и функции дульного тормоза. Длина нарезной части канала ствола составляет 1159,4 мм.

Механизмы автоматики работают за счет использования энергии отдачи затвора, сцепленного со стволом, при коротком откате ствола. Орудие имеет поршневой продольно скользящий затвор, запирание которого осуществляется поворотом его передней части. Ускорителем служит задняя часть затвора, получающая добавочную скорость в момент отпирания затвора.

Cнаряды подаются из секторного коробчатого магазина, на котором имеется индикатор, указывающий количество оставшихся в магазине снарядов. Емкость магазина составляет 20 снарядов. При расходе в магазине всех снарядов подвижные части специальным механизмом взаимозамкнутости автоматически устанавливаются в положение заряжания, а магазин освобождается. При установке нового магазина стрельба автоматически возобновляется.

Спусковой механизм позволяет стрелять одиночными выстрелами и очередями. Спуск производится нажатием ножной педали.

Пушка Flak 30 имеет максимальную скорострельность 280 выстр./мин, практическая скорострельность не превышает 100–120 выстр./мин. За счет уменьшения массы подвижных частей и увеличения скорости их движения у пушки Flak 38 удалось повысить максимальную скорострельность до 480 выстр./мин, а практическую — до 220 выстр./мин. В связи с этим в конструкцию орудия включены специальные буферы-амортизаторы. Повышению скорострельности способствует и использование копирного пространственного ускорителя, который позволяет совместить отпирание затвора с передачей ему кинетической энергии.

Легкий колесный лафет пушки Flak 30 имеет треугольную платформу с тремя сошниками, на концах которых находятся домкраты. При переводе установки в боевое положение платформа опускается на грунт, а колесная повозка откатывается в сторону. Домкраты используются для горизонтирования лафета на местности.

Подъемный механизм позволяет выполнять наводку в вертикальной плоскости в диапазоне углов от –12° до +90°. В горизонтальной плоскости обеспечивается круговой обстрел.

Пушки имеют автоматические построительные прицелы, вырабатывающие вертикальные и боковые упреждения и позволяющие наводить орудия непосредственно на цель. Входные данные в прицелы вводятся вручную и определятся на глаз, кроме дальности, которая измеряется стереодальномером.

Особенностью лафета пушки Flak 38 является наличие двухскоростных приводов наведения. Масса зенитной пушки Flak 30 в боевом положении составляет всего 450 кг, в походном — 770 кг. Пушка Flak 38 легче на 20 кг. Пушки транспортируются механической тягой, подрессоренная двухколесная повозка позволяет развивать скорость движения до 60 км/ч. Перемещение пушки на небольшие расстояния может осуществляться и силами расчета, состоящего из 5 человек.

Для защиты наводчика и механизмов пушки от пуль и осколков снарядов на лафете обычно монтируется щитовое прикрытие.

Пушки Flak 30 и Flak 38 стреляют унитарными выстрелами со стальной или латунной гильзой длиной 138,2 мм. Диаметр фланца гильзы составляет 26,9 мм. Основные данные снарядов приведены в таблицах.

Бронебойные снаряды применяются не только для стрельбы по самолетам, но и для борьбы с бронетехникой противника. При этом наилучшие результаты достигаются в случае использования бронебойных подкалиберных снарядов 2 cm Pzgr. 40 L’spur. Этот снаряд весит 0,1 кг и при начальной скорости 1050 м/с под углом 30° к нормали на расстоянии 100 м пробивает лист броневой стали толщиной 39 мм. При стрельбе с расстояния 500 м бронепробиваемость составляет 20 мм, 1000 м— 11 мм. Выше приведена таблица бронепробиваемости бронебойных снарядов калибра 20×138 мм под углом 90°.

Таким образом, зенитные пушки Flak 30 и Flak 38 представляют собой угрозу для практически всех танков, использовавшихся на начальном этапе Второй мировой войны.

0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии