Битва при Пуатье: как Карл Мартелл спас Европу – Военное оружие и армии Мира
Loading Posts...

Битва при Пуатье: как Карл Мартелл спас Европу

Битва при Пуатье – одно из самых важных, но уже подзабытых сражений эпохи Средневековья, оказавшее огромное влияние на дальнейшую судьбу Европы. Но затерялась даже точная дата события. Большинство историков говорят, что это случилось в 732 году. Как бы то ни было, событие это любопытное и имеющее далеко идущие последствия.

Война начинается

Незадолго до битвы известный тогда мир гудел как растревоженный улей. В это время ключевую роль играли арабы. С конца VII века начались их походы и колоссальные завоевания. И в начале VIII века казалось, что противопоставить ордам завоевателей с Ближнего Востока совершенно нечего. До эпохи крестовых походов, когда уже европейские армии начнут свое вторжение в земли арабов было еще несколько сотен лет.

Но в те времена эпоха крестоносцев еще не пришла. Надо отметить, что арабская цивилизация была прогрессивной и довольно развитой для своего времени. Так, на арабский язык были переведены труды греческих ученых и философов. Аристотель у них вообще почитался как первый среди равных, оказав большое влияние на исламскую философию. Благодаря арабским переводам греческих мыслителей удалось сохранить и передать потомкам значительную часть античного наследия.

Однако большую славу арабам принесли все-таки завоевания. Им довольно быстро удалось подчинить себе территории от Средней Азии до Атлантического океана.

Под натиском арабов пало мощное персидское царство Сасанидов, а вскоре был нанесен удар под дых Византийской империи: у нее были отняты обширные территории Сирии и Египта. Несколько раз в осаду попадала даже византийская столица – Константинополь. Уже в конце VII века арабы сумели захватить все земли Северной Африки к западу от Египта: Триполитанию, Тунис и Магриб, а к началу VIII века вышли на границу с Испанией. Европе тогда нечего было противопоставить — достойной армии у нее просто не было.

Так получилось, что после падения Западной Римской империи Европейский континент пребывал в эпохе так называемого темного Средневековья. Говоря коротко — это период упадка культуры и феодальной раздробленности.

На территории нынешних Испании и Португалии в VIII веке располагалось королевство вестготов. Его элиты раздирало множество противоречий, так что оно не могло противостоять сильной и монолитной арабской армии. Неудивительно поэтому, что в 711 году в битве при Гвадалете вестготы были разбиты, а еще через несколько лет весь Пиренейский полуостров стал частью Халифата. Но захватчики собирались идти дальше на север: такова внутренняя логика многих военных завоеваний. Пока есть силы и пассионарный запал, его надо использовать. Европа замерла в тревожном ожидании – дальнейшее ее завоевание было вопросом времени.

Читать:  Как наши асы американцев над Кореей били

Умный Мартелл

К 730 году в Западной Европе было единственное мощное государство – Франкское королевство. Оно насколько могло успешно воевало с соседями, присоединяя новые земли. В свою очередь Халифат, хотя и добрался до Пиренейского полуострова, обладал обычными для древнего войска проблемами: трудно было держать отборные войска в постоянной боевой готовности на всех границах империи. Однажды это вышло боком.

После того как в битве под Тулузой погиб наместник Испании Эль-Самха, а затем еще один талантливый полководец арабов Амбизах (в 725 году на реке Роне), у них наметился своего рода кадровый кризис – новые наместники не справлялись с делами, погрязая в коррупции и роскоши. На время показалось, что европейцам можно передохнуть и собраться с силами. Но не тут-то было. В конце 720-х годов испанским эмиром был назначен Абд-ар-Рахман ибн Абдаллаху эль-Гафики (или просто аль-Рахман) — выдающийся воин и полководец, участник африканских и галльских походов. Человек он был, как говорят арабские источники, глубоко верующий, честный и неподкупный. Сразу по прибытии в Кордову аль-Рахман начал проводить энергичную политику сплочения местных мусульман, уничтожения очагов сепаратизма и провозгласил новый виток борьбы с неверными за Пиренеями. Герцог Аквитании Эд самоуверенно решает противостоять аль-Рахману на реке Гарроне, но по своему неразумию терпит сокрушительное поражение. Арабская конница просто разнесла строй пехотинцев герцога, и битва скоро превратилась в побоище. Сам Эд Аквитанский едва успел спастись, после чего вынужден был бежать к франкам к своему врагу Карлу Мартеллу.

Тот не был королем или императором. Мартелл занимал высшую придворную должность майордома (главного по королевскому двору), однако его авторитет был выше всяких должностей. Карл начал свою политическую деятельность в 717 году в разгар междоусобных войн, разгоревшихся после смерти его отца Пипина Геристальского. Год за годом он планомерно укреплял могущество королевства, борясь как с внутренними врагами, так и с внешними, тренируя свою армию в многочисленных походах.

Появление Эда Аквитанского во дворе Мартелла серьезно встревожило последнего: очевидно, что такой непримиримый противник центральной власти мог приехать только из-за крайней нужды. К тому же Эд красноречиво описал зверства сарацин и их огромную численность, что только усилило тревогу майордома. Хотя вопрос о числе арабской армии дискуссионный, поскольку хронисты с обеих сторон склонны были как преувеличивать, так и преуменьшать. Тем не менее Карл понял, что дело серьезное, и решил не спешить с вступлением в бой. Он намеревался потянуть время — нужно было сосредоточить максимум войск, подождать, пока враги утратят бдительность и будет удобная возможность захватить их врасплох, заодно захватив богатую добычу.

Читать:  Пираты XXI века

Соотношение сторон

После победы над Эдом Аквитанским аль-Рахман, вероятно, решил, что серьезных противников в ближайшей перспективе ему не видать. Поэтому отряды арабов стали делать дерзкие набеги на Франкское королевство, грабя и разоряя его города. Сарацины потеряли бдительность, что их в итоге и погубило. Аль-Рахман позарился на базилику Святого Мартина в Туре – это очень важная святыня Западной Европы того периода. Когда арабский полководец двинулся к ней не самым организованным войском,-в предместьях Пуатье он неожиданно натолкнулся на поджидавшего его Карла Мартелла. Тот неплохо изучил боевую тактику сарацин и поэтому с основными силами закрепился на небольшой лесистой равнине, где противник не мог бы использовать преимущества своей хваленой конницы. Противники семь дней стояли напротив друг друга, не решаясь атаковать, пока наконец 10 октября 732 года аль-Рахман не ринулся в бой.

При Пуатье Карл сосредоточил около 20 тысяч воинов, однако точная цифра, конечно, неизвестна. Большая часть его солдат представляла собой закаленных в боях во время походов ветеранов франкского майордома. Кроме франков, предпочитавших сражаться в плотном пешем строю, облачавшихся в тяжелые доспехи и вооружавшихся мечами и щитами, в армии Мартелла также были галло-римляне, сохранившие остатки военной организации Римской империи и передавшие ее франкам. К ним также присоединились отряды германцев, не носивших тяжелые доспехи и вооруженных пиками и копьями. Прямо-таки своеобразный Евросоюз.

У арабской армии в те времена ядром была конница. Пехота же носила вспомогательный характер и не играла определяющей роли. Арабские всадники уже знали стремена, а значит, могли максимально использовать ударные возможности своего оружия. В бою они стремились прорвать строй противника, разбить бой на мелкие стычки и затоптать копытами пехоту, а кавалерию порубить. Известно, что конница обладает значительным преимуществом на поле боя по сравнению с пехотой, так .что воинам Карла, чтобы уцелеть, нужно было дисциплинированно держаться своей выгодной позиции. Мы уже упоминали, что нет точных данных относительно численности войска аль-Рахмана, но предположительно оно составляло 10-12 тысяч человек. Иногда приводились фантастические цифры в 80 и даже 400 тысяч человек. Как говорится, лицо у страха велико.

Читать:  Война в Анголе - как справиться с партизанами?

Полное фиаско

Сражение началось около полудня, после второго дневного намаза мусульман. Франки построились плотной фалангой – сомкнутым строем, прикрывшись щитами, образуя тем самым как бы живую стену. Эта фаланга оказалась достаточно глубокой, чтобы выдержать напор арабских всадников. Раз за разом враги пытались врубиться в ряды франков, но те стояли намертво, и сарацины раз за разом были вынуждены отступать. Отметим, что дисциплина и сплоченность воинов Мартелла оказались действительно железными.

Дальше все пошло не по арабскому плану. Среди солдат разнесся неожиданный слух: сарацинский лагерь подвергается разграблению! Это сообщение настолько поразило сражающихся, что многие из них тут же покинули ряды войска и поспешили вернуться в лагерь, чтобы отбить назад нажитое непосильным трудом. Это происходило во время схватки, так что возникла суматоха. Часть арабских воинов, не слышавшая про обоз, решила, что началось отступление, поэтому тоже поскорее поспешила за своими соратниками в лагерь. Виной всему стал якобы небольшой диверсионный отряд, посланный Карлом, чтобы ударить противнику в тыл. По преданию, именно это стало причиной разгрома арабов. Аль-Рахман всячески пытался привести войска в порядок и вернуть их в бой, однако в этот момент уже сами франки решились контратаковать – в горячей схватке полководец был убит, а войско, утратившее командование, быстро рассеялось.

Видя отступление неприятеля, франки не стали сразу его преследовать, приняв это за тактический ход. Вместо этого они вернулись в расположение своего лагеря. На следующий день Карл Мартелл снова выстроил свои войска в боевой порядок, ожидая продолжения битвы. Но арабов не было видно. Когда разведка доложила, что лагерь сарацин покинут, а на дорогах отсутствуют разъезды противника, Карл отказался от преследования. Франки захватили несметную добычу в арабском лагере, с которой спокойно вернулись домой.

Битва при Пуатье имела огромное значение как для ее триумфатора – Карла Мартелла, так и для всей Европы. Политический и военный престиж майордома возрос до небывалых высот. Для Халифата же поражение при Пуатье было неприятным, но не решающим для существования арабского государства. Позже провал второй осады Константинополя куда более болезненно отозвался на состоянии армии сарацин и ее возможностей. Но главным было то, что после Пуатье в Европе осознали: непобедимых армий не бывает и любое войско можно победить.

4.4 5 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
2 комментариев
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Вася
Вася
3 месяцев назад

Дзержинского

Вася
Вася
3 месяцев назад

Да битва была странная и о ней мало информации,по моему арабов перехитрили из-за их черезмерной самонадеяности и самоуверености.